Татьяна Комарова

Три перца – Змей, Парфен и Писатель – находят 33 тонны зелени. Вокруг этого все и заруливается. Баксы эти были местного авторитета Зубра. Зубр, как очнулся с бодуна в обнимку с медведем, недостачу обнаружил, психанул не по-детски: «Не найдете – всех зарою». И понеслось, и завертелось! Друзьям от шальных денег совсем башню снесло: то бухают от счастья, то морду друг другу бьют, то плачут, то смеются, то по городу бегают, ищут, кому деньги нужнее. А за ними вдогонку двое придурков-мафиози, подручных Зубра. Те направо, эти налево, те во двор, эти на улицу. А за ними жены и проститутки, рэперы и бомжи, дворничихи и бульдозеристы, девушки и старушки, дети и мамаши, убийцы и антиквары, больные и совсем больные. Деньги порхают, пули свистят, старушки летают. Крик, ор, пальба, в общем, кино и немцы. Вот такой безбашенный день денег случился. А чем закончился? Как всегда: деньги были, деньги будут, а сейчас денег нет.

После изрядного подпития обитатели питерской коммуналки открывают окно… в Париж. С этого момента начинаются прогулки по городу грёз, а также злоключения французских «гостей» на берегах Невы.

От умирающего отца, некогда служившего телохранителем у Сталина, адвокат Иван Сташков узнает о бесценной реликвии, которую тот хранил многие годы. Это — неподписанное завещание Сталина, случайно попавшее в руки охранника. Подделав документ, он объявляет себя незаконнорожденным сыном отца всех народов. И кто бы мог подумать, что у самозванца появится столько сторонников, соскучившихся по сталинским временам.

Милиционер Толя нашел в капусте младенца и эта находка перевернула всю его жизнь - он вновь, как прежде, стал замечать прекрасные мелочи жизни. Ему вдруг открылось, что в мире нет ничего случайного: все переплетено, взаимосвязано, нуждается в любви и сострадании...