Колин МакКейб

Коллективное посвящение Джону Берджеру, разбитое на четыре непохожих главы. Англичанин Берджер (в этом году ему исполняется 89 лет) – абсолютно ренессансный человек, вместилище разнообразных талантов: художник, писатель, поэт, арт-критик, режиссер. Букеровский лауреат марксистских взглядов, некогда – властитель дум и обязательный участник теледебатов, выбрал участь добровольного затворника, редко покидающего французскую коммуну Кенси.

Фильм-воспоминание о жизни и творчестве культового британского режиссера Дерека Джармена.

Документальный фильм, рассказывающий о жанре блэксплотейшен.

The Old Place

Двадцать три упражнения художественного мышления.

Рассказ о фильмах ужасов 1960-1970-х годов, их влиянии на мировой кинематограф и том, как эти картины отражали общество той эпохи.

С помощью фрагментов из множества фильмов, начиная хичкоковским «Шантажом» и заканчивая «Четырьмя свадьбами и одними похоронами», Стивен Фрирз предлагает элегантный и остроумный ответ на известное заявление Франсуа Трюффо о том, что слова «английский» и «кинематограф», кажется, никак не сочетаются. Разумеется, сочетаются! С Гэвином Ламбертом и Александром МакКендриком Фрирз рассказывает нам об английском кинематографе двадцатых-пятидесятых годов. Со своими современниками Майклом Аптедом и Аланом Паркером он обсуждает сложный комплекс взаимоотношений, сложившихся между кино и телевидением в шестидесятых, отмеченных особым любовно-ненавистническим отношением британских киноделов к Голливуду.

Этот фильм является настоящей энциклопедией, из которой можно узнать и, главное, своими глазами увидеть: как родилось американское кино; в чем специфика голливудской системы студий; каковы отличия между гигантами Paramount, Fox и другими; кто снимал лучшие вестерны, мюзиклы, гангстерские фильмы; чего можно добиться широким экраном; к каким ухищрениям прибегали кино-иллюзионисты прошлого; как звуком, цветом, монтажом передать страх, опасность, эйфорию, страсть…

Проект Британского киноинститута «Век кино» был задуман как собрание личных мнений наиболее ярких и влиятельных деятелей мирового кино, каждый из которых мог бы поделиться своими мыслями о пройденном пути и перспективах кинематографии собственной страны. Про 100 лет русского кино взялся рассказать режиссер и самый успешный отечественный кинопродюсер Сергей Сельянов. Свой фильм он назвал «Русская идея» — именно этим понятием принято обозначать специфическую русскую мечту о справедливом переустройстве общества. Эту самую идею Сельянов представил как стремление соотечественников к Утопии, которая только и могла бы разрешить неразрешимые противоречия нашей загадочной души. Сельянов основывается на книге Бердяева, великого философа, которому удалось наиболее адекватно и полно выразить своеобразие русской философской традиции. Бердяев осмыслял мировую историю как «цепь трагических заблуждений и разочарований», итогом которой является человек, оказавшийся в пустоте «ложного мира». И единственная сила, способная победить абсурд и иррациональность бытия и истории, — это свобода. Привлекая фрагменты из произведений своих великих предшественников (С. Эйзенштейна, А. Довженко, Д. Вертова, А. Роома, Б. Барнета, С. Юткевича, А. Тарковского и других классиков), Сельянов доказывает, что эти картины, полные по-настоящему утопической энергии и страсти, стали неотъемлемой частью мирового кинематографа с особым любовно-ненавистническим отношением британских киноделов к Голливуду.

百年日本映画

Кино в Японии во многом развивалось под влиянием театра, чем объясняется и театральность актерской манеры, и костюмы, и декорации раннего периода. Если в Европе немые ленты сопровождались тапером, но в первых японских кинозалах показ фильмов сопровождал бэнси - специальный человек, пояснявший, что происходит на экране. Особо плодотворными в японском кинематографе были 30-е годы. Именно тогда сформировались его основные черты: созерцательность, неторопливый монтаж общих и средних планов, повторяемость сюжетов и героев, но главное - лаконизм и простота, столь свойственные художественной культуре Японии…

Deux fois cinquante ans de cinéma français

Фильм-высказывание легендарного Жан-Люка Годара подчеркивает именно эту - неофициальную и личностную составляющую проекта. Великий экспериментатор начинает с радикального сомнения относительно правомерности празднования 100-летнего юбилея кинематографа. Рассказ начинается с того, что режиссера, отдыхающего на водах в Швейцарии, навещает его старый друг, знаменитый актер Мишель Пикколи. Пикантность состоит в том, что Пикколи входит в комитет празднования 100-летнего юбилея кино и оказывается не вполне готов к пристрастному интеллектуальному допросу, которому его подвергает классик новой волны...

Die Nacht der Regisseure

Приуроченное к столетию кинематографа собрание режиссеров Нового немецкого Кино.

Глубоко автобиографичный и светлый фильм о послевоенном Ливерпуле и его людях. Воспоминания на закате жизни о страхах и грезах мальчика в далеком детстве, о любимых песнях и кинофильмах в семье режиссера.

Поздно вечером в парке, где геи ищут сексуального партнёра, одному из них наносят смертельный удар ножом. Убийца не знает, что жертва вела запись встречи на кассету, и что звуки убийства были записаны на ленту. Тем временем, пиратская радиостанция пропагандирует рэггей как акт вызова против консервативного БИ-БИ-СИ. А ведущие радиостанции - один гетеросексуал, а второй - гей. 1977 - это время, когда музыка меньшинств и сексуальные предпочтения только становились широко видимыми.

История восьми лет жизни близнецов из Уэльса. За это время они проходят через войну, любовь и расстояние, но не теряют связи друг с другом.

Ливерпуль 40-50-х. В день свадьбы невеста сожалеет, что отец не дожил до этого дня. Папа был алкологиком-психопатом, с необъяснимыми приступами нежности мог избить детей, а потом трепетно оберегать их сон. Простая и недоступная пониманию жизнь, просеянная через старые фотографии. Все становится загадочным без нажима: красноречиво немые вещи и пустяковые песни о главном. Под них мы благополучно проспали половину жизни. Какой смысл все это показывать и травить душу? Дэвис аккуратно отслаивает песни от исполнявших их людей. Oн показывает, что музыка, к которой герои прикипели всей душой, не имеет ни малейшего отношения к тому, что происходит с их жизнями. Раз потянув за одну нитку, Дэвис задел какой-то важный нерв. И вот уже вместе с песнями от прожитых жизней отваливаются слова, разговоры, голоса, интонации. Мы стоим в пустом доме, где до сих пор гуляет чье-то эхо. Эффект дежа вю намекает на то, что тебя тоже здесь никогда не будет.Всего через несколько лет из этой атмосферы вырастет музыка «Битлз», и мир изменится навсегда.

Сэмми и Рози, молодая супружеская пара, ведут богемный образ жизни в маргинальном квартале Лондона. Их отношения базируются на принципе «свобода плюс преданность», а это значит, что близки они могут быть с кем хотят, но любят только друг друга. В этот мир отношений входит Рафи Рахман, отец Сэмми, очаровательный мошенник, не видевший сына много лет. Сколотив состояние на грязных политических сделках в Пакистане, он приехал, чтобы перевести деньги на банковский счет сына с условием, что Сэмми и Рози купят дом в респектабельном районе Англии и подарят отцу внука. Хотя руки у Рафи в крови, он, тем не менее, ненавидит насилие, грязь, общественные беспорядки и волнения. Он видит, что обожаемый им в молодости Лондон превратился в ад на земле. Друзья Сэмми и Рози осуждают политические взгляды Рафи, а он не признает левацких убеждений. Поразительно красивый мулат, человек улицы по имени Дэнни, предпочитающий называть себя Викторией, «положил глаз» на Рафи и ходит за ним по городу, как хвостик. Но очень скоро старые преступления обаятельного мерзавца выплывают из прошлого...

Действие фильма разворачивается на Ближнем Востоке во время конфликта Палестины и Иордании 1970 года. Британский журналист Салливан, освещающий в прессе события Чёрного сентября, спасает от преследования боевиков ООП молодую девушку. Девушка признается Салливану, что на самом деле она — андроид по имени Дружба, которую инопланетяне отправили много лет назад с миссией мира на Землю...

Здесь красота тела важнее пола, а любовь беспощаднее дружбы. Караваджо создавал шедевры со скоростью клипмейкера. И при этом не вылезал из драк, дебошей и бисексуальных оргий под самым носом Ватикана.