Ван Бин

青春（苦）

Швейное производство в городском округе Хучжоу сосредоточено не в руках государства, а принадлежит индивидуальным и семейным предприятиям. С одной стороны, это означает большую гибкость и меньше контроля. С другой стороны — основой экономических отношений становится доверие. Рабочие вынуждены верить, что спустя полгода работы наниматели выплатят зарплату, а не сбегут, присвоив деньги. После бегства одного из начальников работники вынуждены искать иные способы получить заработанное.

青春（归）

В преддверии китайского Нового года текстильные мастерские провинции Чжили пустеют. Молодые работники отчаянно пытаются получить деньги за работу и возвращаются домой на праздники. Кто-то ради того, чтобы просто навестить родных, кто-то решает сыграть свадьбу.

Qing chun

В 150 километрах от Шанхая в городском округе Хучжоу находится кластер швейной промышленности. Район, застроенный производственными цехами и общежитиями, где сосредоточено около 20 000 мастерских. Ежегодно на сезонную работу сюда приезжают 300 000 рабочих-мигрантов. Они неустанно трудятся, чтобы заработать на свадьбу, ребёнка, дом или запуск собственного дела. Дни в шумных мастерских и заваленных мусором общежитиях полны соперничества, возникающих и распадающихся любовных и дружеских связей, утомлённости и устремлённости.

黑衣人

Рассказ о жизни китайского композитора Ван Силиня.

方绣英

История последних дней жизни 67-летней крестьянки из провинции Фуцзянь, страдающей от болезни Альцгеймера.

父与子

Цай Шиньхуа приехал на заработки в Фуминь в 2004-м году. Позднее, в 2010-м, к нему переехали 2 его сына. С тех пор втроем они живут в одной хижине. Кровать у них одна на всех. Хижина принадлежит фабрике, на которой работает Цай. Съемки Цая и его детей стартовали 2-го февраля 2014-го года, 6-го февраля того же года их пришлось прекратить из-за угроз со стороны руководителей фабрики в адрес съемочной группы.

孤独

Сёстрам 10, 6 лет и 4 года. Мать их бросила, отец надолго уезжает в город на заработки, чтобы раздавать долги, у тёти своих дел по горло, дедушка наведывается нечасто. Сёстры живут одни в горной деревушке провинции Юньнань, пасут свиней, готовят еду на костре, страдают от холода и вшей. Возвращается отец, забирает младших, а старшая остаётся одна.

Venezia 70: Future Reloaded

В этом киноальманахе самые известные и самые молодые фестивальные режиссёры мира объединились, чтобы отпраздновать семидесятилетний рубеж одного из самых влиятельных фестивалей кино. Каждому режиссёру в рамках полутора минут была дана возможность изобразить свой неповторимый стиль на экране и по-своему признаться в любви кинематографу.

疯爱

Круглый год в закрытой психиатрической больнице живут пятьдесят мужчин, проводя свои дни в пространстве одного этажа и лишь изредка контактируя с внешним миром и медицинским персоналом. Каждый из пациентов оказался здесь по разным причинам – кто-то действительно болен, кто-то убил, кто-то не угодил местному начальству. Здесь их жизнь лишена смысла, но в других они ищут утешения и человеческого тепла.

三姊妹

Три сестры - десяти, восьми и шести лет - живут со своим дедом в далёкой предгорной деревне провинции Юньнань на юге Китая. Мать давно бросила их, отец уехал в один из мегаполисов на заработки. Героини фильма демонстрируют огромную силу духа, но при этом остаются несчастными и одинокими детьми на фоне этической трагедии побеждающего в Китае капитализма.

夹边沟

Октябрь 1960 года, пустыня Гоби, лагерь Миншуй, часть трудового лагеря Цзябяньгоу. Правые уклонисты и интеллигенты копают канаву, то и дело умирая от недоедания. В связи с временными трудностями построения социализма, то есть по причине отсутствия поставок продовольствия, лагерников отстраняют от работы, отправляя искать себе пропитание в пустыне. Поймавший крысу – счастливец, его с утра не заберёт похоронная команда, тот, кто собрал немного зёрен дикорастущих трав, не так уверен в завтрашнем дне. Дальше будет хуже – зима, смерть, каннибализм. И страшная жизнь в лагере.

无名者

В холме была нора, а в норе жил человек. Не то, чтобы вдалеке от людей, – слышно, что рядом трасса и ездят машины – но и не вместе с ними. Он возделывает землю, таскает воду, ломает ветки для костра. Выращивает кукурузу и тыквы. Готовит и ест простую еду. Лепит глиняную избушку-мазанку. У человека нет имени – это и не нужно, когда живёшь один, вне общества, в местности, где никто тебя не окликнет.

煤钱

Будни людей, которые зарабатывают на жизнь продажей угля. Загрузка в угольном карьере во Внутренней Монголии, перевозка по Китаю, поиск покупателей, споры, ссоры насчёт денег. Борьба за каждые 10 юаней, обшарпанные забегаловки, скучные выгоревшие пейзажи, вечная пыль – угольная и дорожная. Обман на каждом шагу, тяжёлая работа, бесконечные дни.

和凤鸣

История журналистки, которая вместе со своим мужем попала в жернова репрессивного аппарата и была отправлена в трудовой лагерь после того, как в 1957 году Мао объявил программу под поэтическим лозунгом «Пусть расцветают сто цветов, пусть соперничают сто школ», направленную на плюрализм мнений относительно действий правящей партии. Все действие локализовано в квартире героини фильма. Женщина монотонным голосом рассказывает о своей жизни, припоминая подробности и описывая исторические события, свидетельницей которых она стала. Постепенно пространство комнаты темнеет – история жизни длиною в полвека соответствует ритму смены дня и ночи.

Сборник из шести фильмов. «Одна сторона» – документальный портрет непальца Шиама Бахадура, который был вынужден бежать в Бангалор, Индия. Проработав охранником 35 лет вдали от дома, он понимает, что теперь высокие горы Непала угрожают ему. После ухода с работы Бахадур борется с двухполосными и односторонними улицами Бангалора и очень реальной вероятностью того, что его изгнание – это односторонняя улица, по которой он никогда не сможет вернуться домой. «Фабрика жестокости» беспощадно выставляет ужасные процедуры политических пыток на обозрение общественности. Выхода нет, так же как и не было выхода у бесчисленных китайских мужчин и женщин, чьи убийства сокрыты в тенях и крохотных могилах. «Таррафаль» является аллюзией на тюрьму Таррафаль на острове Сантьяго, Кабо-Верде. Сюжет разворачивается вокруг предостерегающих родовых сказок, рассказывающих о неизбежности смерти и призраках, которые помнят свое тяжелое прошлое.

铁西区

Не так давно индустриальный район Теси на севере Китая кипел жизнью, а в новых условиях, когда на первый план вышли легкая промышленность и высокие технологии, он переживает упадок — закрываются производства, деградирует инфраструктура, а люди продолжают ходить на работу, деморализованные перед лицом неопреденного, но не предвещающего ничего хорошего будущего. В«Ржавчине» камера следует за рабочими в цехах, раздевалках, подсобках плавильного, кабельного и сталепрокатного заводов.