Пепита Муньос

Маленький отель «Цикада» предоставляет свои номера тем влюбленным, что не имеют места для встреч. Несмотря на сомнительную репутацию заведения, номера в нем не пустуют. В очередной вечер туда заселилось несколько пар постояльцев. Среди них встретившиеся после длительной разлуки бывшие любовники; юные парень и девушка, только что достигшие совершеннолетия; многодетные супруги, ищущие место, где можно спокойно заняться любовью вдали от детей; изменяющая своему молодому супругу с пожилым, но неутомимым военным нимфоманка. Внезапно одному из клиентов отеля становится плохо. Вызванный персоналом врач констатирует ни много ни мало — бубонную чуму. Теперь «Цикада» закрывается на карантин, и всем тем, кто застрял в ее номерах, придется продлить отношения друг с другом намного дольше, чем на одну ночь.

Делисия работает на мясокомбинате, где и становится жертвой изнасилования со стороны своих сослуживцев.

Красавица Флор не собирается прозябать в захолустье, всю жизнь работая в скромном кафе, подобно своей матери. Она явно достойна лучшей участи. Примером ей стала Эвита Перон, которая выиграла для своего мужа избирательную кампанию. И не важно, что мужа у Флор пока нет. Были бы выборы, а супруг найдется. Тем более, что местного градоначальника как раз-таки пришла пора переизбирать. Да и кандидат в мэры, а заодно и в мужья, быстро обнаружился – старый вдовый доктор Гамбетта. А уж разобраться с электоратом для девушки – раз плюнуть…

Дон Валентин – уважаемый пожилой сапожник из маленького провинциального городка Сен-Висенте, потерял голову, едва увидел сходящую с поезда на их забытом богами полустанке шикарную женщину, невесть каким случаем занесенную в их захолустье. А уж когда красавица обратила свой томный взгляд на скромного сапожника – устоять не смог бы и более крепкий духом человек. И пусть его соседи думают себе, что хотят, а свадьба дона Валентина заставила гулять весь городок. Вот только, такая шикарная женщина требует к себе особого внимания и очень много денег, которые у скромного сапожника быстро заканчиваются. А тогда… Или все-таки чудеса на свете еще случаются?