Аттила Гранпьер

Священник без веры. Супружество без любви. Ребенок без семьи. Слова без смысла. Искусство без искусства. Нашлось в этом трагиабсурде место и для образа стойкого коммуниста. Он – инвалид, потрясающий воздух портретом Сталина и мертвой риторикой. Глубоко символично, что полуживой реликт коммунизма одержим манией самоубийства и со второй попытки благополучно кончает с собой. Так и случилось с социализмом в Венгрии.